Будни студента журфака ВШЭ

Манифест проекта

Ctrl + ↑ Позднее

9 января. Не было страшно

В первый день третьего модуля были две лекции по праву. Это было нечто.

ЛекцияПраво

Преподаёт право у нас Антон Борисович Дидикин. Ничего я толком о нём не помню: ни как он одет, ни как говорит, ни какие носит ботинки (и были ли вообще у него ботинки). Помню только, что когда Антон Борисович вошёл в аудиторию, стало понятно — он хорошо знает свой предмет. Такое от Дидикина распространялось странное ощущение, словно мир в целом — в порядке и ему, в частности, здесь (на Земле) норм. Это сразу придало предмету «Право» и самому Антону Борисовичу устойчивости и даже веса — типа «чувак умеет жить и нас не спросил как» (хотя вообще-то, так говорят обо мне). Короче, харизма преподавателя права сшибала с ног.

Лекция началась с признания Дидикина: «Конституцию в школе я очень не любил. Пришлось полюбить её позже». Стало почему-то сразу чуть-чуть тревожно, как самураю, наблюдающим за увяданием сакуры, но не страшно, нет.

Не было страшно и потом, когда Антон Борисович мягким, вкрадчивым голосом произнёс: «Правовая реальность — право сознания + правовые нормы + правовые отношения» и так улыбнулся, что я просто ослеп.

Речь Дидикина на протяжении всех двух лекций сохраняла железную, всеобъемлющую, какую-то нечеловеческую теплоту, и всё-таки — что-то было не так. Ну не бывает так хорошо. Не в наше время. Не в нашей стране! Короче, истинную причину я забыл — такая была причина, что и не вспомнить уже, да и не хочется, если честно.

Традиционный кусочек конспекта:

2018  

5 декабря. Все стулья были заняты

Сегодня была лекция по философии.

ЛекцияФилософия

Представьте: утро, декабрь 2017, Москва. Вы недавно хорошо позавтракали, прогулялись по красивым бульварам, послушали хорошую музыку. У вас интересная и кайфная работа, счёт в банке и любимая девушка. Короче, внешне идеальная жизнь, которая всегда вызывает некоторое недоверие — примерно, как летающий страус.

Вы входите в красивое здание рядом с Тверской, поднимаетесь по лестнице, открываете деревянную дверь и охреневаете. В обычно полупустой аудитории нет мест. Нет — от слова «вообще». А на задних рядах нет даже воздуха.

Вы настораживаетесь, но подавляете в себе желание немедленно рвануть к выходу, потому что преподаватель вас уже увидел. Медленно, стараясь не высказывать внешних признаков дикого волнения, вы находите место и садитесь. Люди вокруг уже явно дошли до предела и держатся только на каком-то зверином отчаянии, как медведица, готовая умереть ради своих детёнышей.

В мозгу щёлкает — сегодня общий тест по философии.

Вопросы:

Во время теста вокруг слышится стук клавиш десяти ноутбуков — сокурсники ищут ответы во внешнем мозге. Кто-то пишет сам. Кто-то в сердцах показывает фак преподу, который слишком много о себе возомнил. Кто-то пытается выяснить правильный вариант у соседей, но безуспешно — на общем тесте по философии перестают существовать не только правила приличия, общественного договора и солидарности, а вообще — любые правила жизни. Акела промахнулся.

Преподаватель ходит между рядов, как сомнамбула.

Через полчаса вы сдаёте лист. Вроде на всё ответили правильно — удалось прогуглить спорные места на телефоне.

Окружающие бегут выходу. Примерно с такой же скоростью и с такой же плотностью обычно бегут к последнему убежищу выжившие в фильмах о зомби-апокалипсисе.

Вы выходите из красивого здания рядом с Тверской и понимаете, что необходимость отчитываться привносит в жизнь порядок и позволяет прогрессировать, совершенствоваться и достигать результатов.

На улице утро, декабрь 2017, Москва.

2017  

27 ноября. Интервью с Тимченко

Сегодня был семинар по базовым инструментам журналистики.

СеминарБИЖ

Поезд «Петербург → Москва» прибыл в шесть утра. Я вышел на перрон и пошёл к выходу. В здании вокзала было душно и много молодых парней такого типа и вида, с которыми никогда не хочется сталкиваться на жизненном пути. Они бродили между чемоданов и сумок, словно призраки коммунизма.

Из Питера я увёз серую рябь каналов, сырость, запах гниющих свай, красноту ржавых крыш и интервью с генеральным директором «Медузы» и бывшим главредом «Ленты.ру» Галиной Тимченко.

Интервью с Тимченко я намеренно построил на парадоксе. Её много и часто спрашивают о журналистике, новостях и медиа и почти не спрашивают о личном. Я решил рискнуть. То, что получилось, описывается её же фразой: «Говно, Ваня, говно. Внимание, сейчас наступишь!».

10 из 10.

2017  

20 ноября. Интервью с Плющевым

Сегодня был семинар по базовым инструментам журналистики и конференция «Интерфакса».

СеминарБИЖ

Сергей Корзун разбирал наши учебные интервью. Разбирал легко, безо всяких там интонаций. Небо над Хитровкой было серым, птицы молчали.

Когда разбирали моё интервью с Плющевым, Сергей Львович особо остановился на одном вопросе:

Если изменился порог входа, то кто такой профессиональный журналист? Он четыре года учился на журфаке или пришёл по зову сердца из химической промышленности?

Корзун сказал, что здесь я попытался показать себя, а не журналиста, когда сделал отсылку к детали биографии Плющева, которую вряд ли поймут читатели (Плющев учился на факультете химической технологии силикатов).

Каким-то ломким и пластмассовым голосом я поспешно согласился, хотя мысли выпендриться перед читателями у меня не было, просто это был не самый плохой вопрос с хорошей и правильной отсылкой, которую поймут нужные люди.

Он-то понял...

Итоговый вариант звучит так:

Если изменился порог входа, то кто такой профессиональный журналист? Он четыре года учился на журфаке или, как вы, пришёл по зову сердца из химической промышленности?

Чёрт его знает, как лучше. Кажется, в хорошем тексте всегда должна быть лёгкая недосказанность и неопределённость, как в хорошем фокусе или в смерти.

Любимая цитата с семинара:

Журналист всегда тупой по сравнению с экспертом

КонференцияИнтерфакс

Вместо остальных пар ушёл с Сенько снимать конференцию «Интерфакса», где «Интерфакс» рассказывал о том, какой «Интерфакс» крутой. Уже потом, в раю, мы сможем без лишних ушей побеседовать о том, имело ли это смысл, и придём к выводу, что — нет, не имело.

Приехали:

Настраиваем аппаратуру:

Случайный слайд:

2017  

16 ноября. Заготовки вопросов для великих в коридоре

Сегодня была лекция по базовым инструментам журналистики.

ЛекцияБИЖ

Корзун рассказывал об интервью. О том, какие они бывают (предметные — фокус на теме, персональные — фокус на личности, смешанные), какие бывают вопросы (открытые и закрытые или сервисные, разогревочные, главные и второстепенные) и как правильно представляться, чтобы договориться об интервью.

Кусочек конспекта, цитата и требования на все времена:

Делать заготовки вопросов для великих в коридоре

Требования на все времена:

  • Краткость
  • Точность
  • Фокусировка
  • Стуктура
  • Увлекательность

Домашнее задание — взять предметное интервью.

2017  
Ctrl + ↓ Ранее